ЧАСТЬ 1 ИЗ 3
Воздух на плато стал густым. Тяжелым. Он пах озоном перед грозой, но грозы не было. Была пыль. Столб серой, удушливой пыли поднимался на западе, закрывая солнце. Земля дрожала. Ритмично. Глухо. Топот десятков ног, бегущих по камню.
Рейн стоял за баррикадой из валунов, которую они успели сложить за последний час. Камни были холодными, шершавыми. Его ладони вспотели, скользили по рукояти меча. Он вытер их о штаны. Резко. Грубо.
— Они близко, — тихо сказала Ния. Она сидела рядом, прижавшись к камню. Глаза закрыты. Лицо бледное, как мел. — Я слышу их дыхание. Хриплое. Злое. Их много.
Виктор стоял слева. Его автомат был вскинут, приклад плотно прижат к плечу. Он не смотрел на Рейна. Смотрел в пыль.
— Двадцать человек, — спокойно сказал наемник. Голос его был ровным. Без дрожи. — Плюс пара «пустых». Они используют их как живые щиты. Бросают вперед, чтобы раскрыть наши позиции.
Рейн скривился. Слово «пустые» вызывало у него отвращение. Люди, потерявшие разум от тишины. Орудия.
— Готовность, — скомандовал он. Громко. Чтобы услышали все. — Каэль, держи центр. Марк, ты со мной на фланге. Елена, дети — в грот. Не выходить, пока я не скажу.
Люди заняли места. Марк сжимал в руках самодельную пику — длинную жердь с заточенным концом. Его лицо было искажено гримасой страха, но ноги стояли твердо. Вэй прятался за генератором, держа в руках обрез трубы, заряженный гвоздями. Примитивно. Опасно.
Каэль стоял в центре, за низкой стенкой. В руках он держал лук. Стрела натянута. Его взгляд был холодным. Расчетливым. Он оценивал дистанцию. Угол обзора.
«Бой — это хаос, — вспомнил Рейн слова своего старого инструктора. — Но побеждает тот, кто внесет в хаос свой порядок. Свой ритм. Не позволяй врагу диктовать темп. Диктуй его сам».
Он помнил бой в коридорах бункера. Темнота. Крики. Запах крови, смешанный с порохом. Он тогда убил человека. Впервые. Тот смотрел на него удивленно, словно не понимая, почему умирает. Рейн почувствовал тепло крови на своих руках. Горячее. Липкое. С тех пор он ненавидел этот запах. И боялся его.
«Страх парализует, — думал он, сжимая меч крепче. — Но действие рассеивает страх. Нужно двигаться. Нужно бить. Иначе станешь мясом».
Пыль накрыла край плато. Из серой мглы начали проступать фигуры. Сначала одна. Потом другая. Десятки. Они бежали быстро. Низко пригнувшись. В руках у них были ржавые трубы, камни, ножи. А за ними, спотыкаясь и волоча ноги, шли «пустые». Их глаза были белыми. Пустыми. Рты открыты в беззвучном крике.
— Огонь! — крикнул Виктор.
Выстрелы прозвучали резко. Сухо. Автоматная очередь разбила тишину. Первые ряды нападающих дернулись. Упали. Кровь брызнула на камни. Красная. Яркая.
Но остальные не остановились. Они перепрыгивали через тела товарищей. Бежали дальше. С ревом.
— Луки! — скомандовал Каэль.
Стрелы взмыли в воздух. Две из них нашли цели. Один из мародеров упал, хватаясь за горло. Но их было слишком много.
— Они прорываются! — крикнул Марк. Его голос сорвался на визг.
Рейн увидел, как группа нападающих обошла баррикаду справа. Там была брешь. Слабое место.
— Ко мне! — рявкнул он. Бросился навстречу угрозе. Меч сверкнул на солнце.
Первый мародер ударил трубой. Рейн уклонился. Удар прошел мимо, высек искру из камня. Рейн контратаковал. Короткий выпад. Лезвие вошло в плечо противника. Хруст кости. Крик.
Второй нападающий прыгнул на него. Рейн не успел отступить. Удар пришелся в грудь. Тяжелый. Сбивающий дыхание. Он отлетел назад, упал на камни. Боль пронзила ребра.
Мародер занес нож для финального удара.
И вдруг его голова дернулась назад. Череп пробила стрела. Тело обмякло. Рука с ножом бессильно опустилась.
Рейн поднял голову. Каэль стоял на стене. Лук опущен. Новая стрела уже на тетиве.
— Вставай, лидер, — холодно сказал стратег. — Война не ждет.
Рейн рывком поднялся. Выплюнул кровь. Вкус меди во рту.
— Спасибо, — хрипло произнес он.
— Не благодари, — ответил Каэль. Натянул тетиву. — Просто убивай их.
Бой превратился в мясорубку. Ближний бой. Грубый. Жестокий. Рейн рубил, колол, отбивал удары. Его мышцы горели. Дыхание сбилось. Но адреналин гнал вперед. Он был машиной. Инструментом смерти.
Рядом бился Виктор. Его движения были экономными. Эффективными. Один выстрел — один труп. Он не тратил патроны зря. Работал как хирург. Скальпель.
«Профессионал, — мелькнуло в голове Рейна. — Опасный профессионал».
Но думать было некогда. Новый враг. Удар. Уклон. Контратака.
Ния кричала что-то. Её голос был полон ужаса.
— Слева! «Пустые»!
Рейн обернулся. Три фигуры с белыми глазами бежали прямо на них. Они не чувствовали боли. Не боялись смерти.
— Отступаем! — скомандовал Виктор. — К центру!
Группа откатилась к главной баррикаде. Мародеры наседали. «Пустые» ползли по камням, цепляясь ногтями.
Рейн понял: они не выдержат второго штурма. Слишком много врагов. Слишком мало сил.
Нужно было что-то менять. Немедленно.
(Продолжение следует в Части 2…)
ЧАСТЬ 2 ИЗ 3
Рейн отступал, пятясь к каменной стене. Его грудь ходила ходуном, каждое дыхание отдавалось острой болью в ушибленных ребрах. Кровь стекала по руке, делая рукоять меча скользкой. Он вытер ладонь о бедро, но кровь возвращалась снова, теплая и липкая.
— Они не остановятся! — крикнул Марк. Столяр стоял рядом, опираясь на самодельную пику. Древко дрожало в его руках. Лицо было белым, глаза широко раскрыты от ужаса. — Их слишком много!
Виктор перезарядил автомат. Щелчок затвора прозвучал сухо, как удар хлыста.
— Патроны кончаются, — коротко бросил он. Не глядя на Рейна. Смотрел на наступающую толпу. — У меня осталось два магазина. У твоих людей?
— Ничего, — хрипло ответил Рейн. — Только холодное оружие. И камни.
Каэль стоял чуть поодаль, за спиной Вэя. Стрелы в его колчане заканчивались. Осталось три. Он натянул тетиву, прицелился. Выстрел. Один из мародеров упал, схватившись за ногу. Но остальные перешагнули через него. Без жалости. Без паузы.
— Нам нужно заманить их в ловушку, — спокойно сказал Каэль. Голос его звучал странно ровно amidst хаоса боя. — В узкий проход между скалами. Там они не смогут использовать численное преимущество.
— Это самоубийство, — огрызнулся Виктор. — Если мы зайдем туда, нас загонят в угол. Как крыс.
— Или мы дадим им возможность окружить нас здесь, — парировал Каэль. Посмотрел на Виктора прямо. Холодным, оценивающим взглядом. — Выбирай. Медленная смерть в окружении или быстрый риск в тесноте.
Рейн посмотрел на своих людей. На Елену, которая тащила ребенка в грот. На Вэя, сжимавшего трубу с гвоздями. На Марка, который уже готов был бросить пику и бежать.
«Страх заразен, — подумал он. — Как чума. Если один побежит, побегут все. И тогда нас перебьют, как собак».
Он вспомнил Джареда. Как тот замер в решающий момент. Как колебался. И как пуля настигла его в спину.
«Колебание убивает», — понял Рейн.
— Идем в проход, — твердо скомандовал он. — Виктор, ты и твои люди — справа. Я и мои — слева. Каэль, прикрывай отход. Марк, держись ближе ко мне.
Марк кивнул. Глотнул воздух. Попытался выпрямиться.
Группа начала отступать. Медленно. Шагом назад. Мародеры заметили движение. Заревели. Бросились вперед.
— Быстрее! — крикнул Виктор.
Они вбежали в узкое ущелье между двумя огромными валунами. Проход был шириной всего в три метра. Стены из гранита нависали сверху, создавая коридор смерти.
Рейн занял позицию у входа. Меч наготове. Сердце билось в горле.
Первые нападающие ворвались в проход. Теснота сыграла им на руку. Они не могли атаковать всеми сразу. Только первые ряды.
— Держи строй! — рявкнул Рейн.
Удар. Блок. Ответный выпад. Меч рассек воздух. Врезался в плечо первого мародера. Тот закричал. Отшатнулся. За ним второй.
Виктор стрелял короткими очередями. В упор. Тела падали, загораживая проход. Груда мяса и костей росла.
Но «пустые» лезли поверх трупов. Цеплялись руками. Кусались.
Один из них прыгнул на Марка. Столяр вскрикнул. Пика выскользнула из рук. «Пустой» повалил его на землю. Зубы щелкнули рядом с горлом.
— Марк! — крикнул Рейн.
Бросился на помощь. Ударил «пустого» рукоятью меча по голове. Хруст. Тело обмякло.
Марк лежал на земле. Дышал тяжело. Глаза полны слез.
— Вставай! — пнул его Рейн. Жестко. Больно. — Не смей умирать здесь!
Марк поднялся. Шатаясь. Поднял пику.
— Спасибо, — прошептал он.
— Не благодари, — буркнул Рейн. — Работай.
Бой в тесноте был адом. Запах крови стал невыносимым. Пот заливал глаза. Руки немели от ударов.
Виктор оказался рядом. Его автомат щелкнул. Пусто.
— Кончились, — сказал он. Спокойно. Достал нож. Длинный. Изогнутый. Боевой.
— Теперь мы равны, — усмехнулся Рейн.
— Нет, — возразил Виктор. Парировал удар трубы. Вонзил нож в живот противника. — Я лучше владею ножом.
Рейн не стал спорить. Отбил удар камня. Рубанул мечом.
Камень раскололся. Мародер упал.
Но их становилось меньше. Атака захлебнулась. В узком проходе тела мертвых создавали барьер, который живые не могли преодолеть быстро.
— Они отступают! — крикнул Ния. Из глубины лагеря. Её голос звенел от напряжения.
Рейн выглянул из-за груды тел. Мародеры действительно пятились. Тащили раненых. Исчезали в пыли.
«Пустые» остались лежать. Некоторые дергались. Другие замерли.
Тишина вернулась. Тяжелая. Звенящая.
Рейн опустил меч. Руки дрожали. Адреналин уходил, оставляя после себя пустоту и боль.
Виктор вытер нож о куртку убитого.
— Неплохо, — сказал он. Без эмоций. — Для любителей.
Рейн посмотрел на него. В глазах наемника не было радости победы. Только расчет.
— Сколько у нас потерь? — спросил Рейн.
Виктор осмотрел своих людей.
— Двое ранены. Легко. Ваши?
Рейн посмотрел на лагерь. Марк сидел на камне, держа голову руками. Елена плакала, обнимая ребенка. Вэй проверял свои раны.
— Никто не умер, — тихо сказал Рейн. — Но это ненадолго.
Каэль подошел к ним. Лук в руке сломан.
— Они вернутся, — сказал стратег. — Или придут другие. Этот бой был разведкой. Проверкой нашей слабости.
Виктор усмехнулся.
— Тогда нам нужно укреплять оборону. И решать вопрос с водой.
Рейн почувствовал, как внутри поднимается злость. Холодная. Темная.
— Сначала лечение, — жестко сказал он. — Потом разговоры.
Виктор пожал плечами.
— Как скажешь, лидер. Но помни: время работает против нас.
Рейн отвернулся. Пошел к Марку. Помочь ему встать.
Победа была горькой. Как пепел.
(Продолжение следует в Части 3…)
ЧАСТЬ 3 ИЗ 3
Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, похожие на засохшую кровь. Тени от скал удлинялись, сливаясь с темнотой ущелья, где лежали тела убитых. Воздух был густым от запаха меди, пороха и пота. Тишина после боя давила на уши сильнее, чем крики. Она была звенящей, напряженной, готовой лопнуть в любой момент.
Рейн стоял у входа в лагерь, опираясь на меч. Лезвие было покрыто темной коркой. Руки дрожали — не от страха, а от перенапряжения мышц. Адреналин уходил, оставляя после себя пустоту и ноющую боль в ребрах. Каждый вдох отдавался острым уколом в боку.
Виктор и его люди занимались своими ранеными. Действовали быстро, профессионально. Бинтовали, накладывали шины. Никаких эмоций. Никакой суеты. Просто работа.
Каэль сидел на камне рядом с Вэем. Инженер чинил сломанный лук, его пальцы ловко манипулировали тетивой и клеем. Лицо стратега было каменным, но глаза бегали, сканируя периметр, оценивая ущерб.
— Стена выдержала, — тихо сказал Каэль, не поднимая головы. — Но северный угол дал трещину. Нужно укрепить. tonight.
Рейн кивнул. Говорить не хотелось. Горло першило от пыли и криков.
Марк сидел неподалеку. Столяр держал голову в руках. Его одежда была испачкана кровью — чужой. Он смотрел в одну точку, не мигая. Шок. Рейн знал это состояние. Когда реальность отступает, уступая место внутреннему вакууму.
Он подошел к Марку. Присел рядом.
— Ты жив, — хрипло сказал Рейн.
Марк медленно поднял голову. Глаза были красными, полными слез, которые он стыдливо прятал.
— Я убил его, — прошептал столяр. Голос дрожал. — Того, с ножом. Я воткнул пику. И он… он посмотрел на меня. Перед тем как умереть.
Рейн молчал. Не знал, что сказать. Утешения здесь были ложью.
— Это был он или ты, — наконец произнес Рейн. Жестко. Честно. — Ты выбрал себя. Это цена жизни здесь. Запомни это. И живи с этим.
Марк кивнул. Медленно. Тяжело. Словно принимая приговор.
Виктор подошел к ним. Вытер руки тряпкой.
— Мои люди готовы к обсуждению, — сказал он. Без предисловий. — Условия союза.
Рейн поднялся. Боль в ребрах напомнила о себе. Он поморщился, но выпрямился.
— Какие условия? — спросил он.
— Пятьдесят процентов воды, — повторил Виктор. — И доступ к генератору. Мы остаемся здесь на три дня. Пока не восстановим силы. Потом уходим.
— Три дня — это долго, — возразил Каэль, подходя ближе. — Ресурсов не хватит.
— Тогда мы заберем воду силой сейчас, — спокойно ответил Виктор. Положил руку на рукоять ножа. Жест был небрежным, но угрожающим. — А потом уйдем. Выбирайте.
Рейн почувствовал, как внутри закипает ярость. Холодная. Темная.
«Он проверяет нас, — понял он. — Проверяет на прочность. На слабость. Если мы согласимся сейчас, он будет диктовать условия всегда».
— Нет, — твердо сказал Рейн.
Виктор прищурился.
— Что «нет»?
— Нет пятидесяти процентам, — ответил Рейн. Шагнул вперед. Сократил дистанцию. — Десять процентов. И один день. Завтра утром вы уходите.
Виктор усмехнулся. Криво.
— Ты шутишь, старик?
— Я предлагаю сделку, — парировал Рейн. Голос его звучал низко, опасно. — Вы получили защиту. Бесплатно. Ваши люди живы благодаря нашей стене и нашим людям. Это плата за гостеприимство. Десять процентов воды. И ночь отдыха. Завтра — в путь.
Тишина повисла между ними. Тяжелая. Душная.
Каэль наблюдал за ними, не вмешиваясь. Ния стояла в стороне, бледная, прислушиваясь к ритму сердец.
Виктор изучал лицо Рейна. Искал страх. Неуверенность.
«Не найдет, — подумал Рейн. — Я уже мертв внутри. Мне нечего терять».
Наконец, Виктор рассмеялся. Коротко. Резко.
— Ладно, — сказал он. — Десять процентов. И одна ночь. Но если ваши люди попробуют нас ограбить ночью… я разрежу вам глотки во сне. Понятно?
— Понятно, — ответил Рейн.
Виктор кивнул. Отошел к своим людям.
Рейн выдохнул. Колени подогнулись. Он едва устоял.
Каэль подошел ближе.
— Ты рискуешь, — тихо сказал он.
— Я покупаю время, — ответил Рейн. — Завтра они уйдут. Или мы их выгоним.
— А если они не уйдут?
— Тогда мы будем драться снова, — мрачно сказал Рейн. Посмотрел на запад. Там, где скрылось солнце. — Но теперь мы знаем, как они дерутся. И они знают, как деремся мы.
Ния подошла к ним.
— Они не уйдут, — тихо сказала она. Глаза её были полны тревоги. — Я слышу их мысли. Они ждут подкрепления. Или знака.
Рейн посмотрел на неё.
— Какого знака?
— Не знаю, — ответила Ния. Закрыла глаза. — Но тишина вокруг них становится громче.
Лира вышла из грота. В руках она держала книгу. Завернутую в ткань.
— Элиас хочет говорить с Виктором, — сказала она. Тихо.
— Зачем? — спросил Рейн.
— Чтобы рассказать ему историю, — ответила Лира. Посмотрела на Виктора, который курил, сидя у костра. — История может изменить человека. Или уничтожить его.
Рейн пожал плечами.
— Пусть идет. Хуже не будет.
Он посмотрел на лагерь. На уставшие лица своих людей. На чужаков, ставших временными союзниками.
Победа была горькой. Как пепел. Но они были живы.
И завтра будет новый день. Новая битва.
Рейн сжал рукоять меча.
— К оружию, — тихо скомандовал он. — Ночь будет длинной.
Люди начали занимать позиции. Тени сгущались.
Ветер выл в расщелинах скал.
Битва закончилась. Война продолжалась.